УЛИСС

УЛИСС

  Что пользы, если я, никчемный царь

Бесплодных этих скал, под мирной кровлей

Старея рядом с вянущей женой,

Учу законам этот темный люд? —

Он ест и спит и ничему не внемлет.

  Покой не для меня; я осушу

До капли чашу странствий; я всегда

Страдал и радовался полной мерой:

С друзьями — иль один; на берегу —

Иль там, где сквозь прорывы туч мерцали

Над пеной волн дождливые Гиады.

Бродяга ненасытный, повидал

Я многое: чужие города,

Края, обычаи, вождей премудрых,

И сам меж ними пировал с почетом,

И ведал упоенье в звоне битв

На гулких, ветреных равнинах Трои.

  Я сам — лишь часть своих воспоминаний:

Но все, что я увидел и объял,

Лишь арка, за которой безграничный

Простор — даль, что все время отступает

Пред взором странника. К чему же медлить,

Ржаветь и стынуть в ножнах боязливых?

Как будто жизнь — дыханье, а не подвиг.

Мне было б мало целой груды жизней,

А предо мною — жалкие остатки

Одной; но каждый миг, что вырываю

У вечного безмолвья, принесет

Мне новое. Позор и стыд — беречься,

Жалеть себя и ждать за годом год,

Когда душа изныла от желанья

Умчать вслед за падучею звездой

Туда, за грань изведанного мира!

  Вот Телемах, возлюбленный мой сын,

Ему во власть я оставляю царство;

Он терпелив и кроток; он сумеет

С разумной осторожностью смягчить

Бесплодье грубых душ и постепенно

Взрастить в них семена добра и пользы.

Незаменим средь будничных забот,

Отзывчив сердцем, знает он, как должно

Чтить без меня домашние святыни:

Он выполнит свое, а я — свое.

  Передо мной — корабль. Трепещет парус.

Морская даль темна. Мои матросы,

Товарищи трудов, надежд и дум,

Привыкшие встречать веселым взором

Грозу и солнце, — вольные сердца!

Вы постарели, как и я. Ну что ж;

У старости есть собственная доблесть.

Смерть обрывает все; но пред концом

Еще возможно кое-что свершить,

Достойное сражавшихся с богами.

  Вон замерцали огоньки по скалам;

Смеркается; восходит месяц; бездна

Вокруг шумит и стонет. О друзья,

Еще не поздно открывать миры, —

Вперед! Ударьте веслами с размаху

По звучным волнам. Ибо цель моя —

Плыть на закат, туда, где тонут звезды

В пучине Запада. И мы, быть может,

В пучину канем — или доплывем

До Островов Блаженных и увидим

Великого Ахилла (меж других

Знакомцев наших). Нет, не все ушло.

Пусть мы не те богатыри, что встарь

Притягивали землю к небесам,

Мы — это мы; пусть время и судьба

Нас подточили, но закал все тот же,

И тот же в сердце мужественный пыл —

Дерзать, искать, найти и не сдаваться!

Перевод Г. Кружкова