Весна пришла (четвертый концерт)

Весна пришла (четвертый концерт)

"Производство перламутровых "стратакастеров" в Соединенных Штатах Америки пока еще не постав­лено на конвейер... "

(Из газет).

Издавна народная мудрость выделила массу различных примет, по которым можно судить о начале того или иного времени года. Приметы эти различны по содержанию, весу и степени сложности. В Смоленске о начале тепла судят по приезду Василия Шумова.

В очередной довольно холодный день конца марта душа смолян была согре­та появлением афиш с долгожданным именем. Известный по сказкам образ Вес­ны-красавицы, осеняющей землю своей добротой, красотой, теплотой и т.д. пре­терпел за века некоторые изменения. Во всяком случае, в наш город Весна прихо­дит в виде коротковолосого, плотного парня в черном "леваке" (Левак - джинсо­вая одежда фирмы "Levis") с белым или красным перламутровым "стратакастером" (Стратакастер - дорогостоящая редкая марка гитары) в руках. Появление его сопровождается обычно слухами: что, дескать, приехали ходоки рок-клубовские за тридевять земель Весну искать и даже вовсе не Весну, т. е. не Васю Шумо­ва, а совсем даже Мамонова Петра или Гаркушу Олега. Диалектику, однако, не победишь, и Весна, т. е. Вася, все же приезжает к нам.

Было так и на этот раз.

Так, да не совсем. Приехать-то Василий приехал, но не с "Центром", как ожидалось, а со своей сольной работой. В рекламе работа была окрещена как "авангардный рок-спектакль "Библиотека приключений Василия Шумова", кроме того, была обещана "презентация" пластинки "Сделано в Париже".

Нельзя сказать, что афиши эти вызвали в городе оживление. Как обычно, к 7 апреля зимняя спячка сограждан еще только подходила к концу; кроме того, на улицах в ту субботу было столь холодно, что многие предпочли сидеть дома.

Зал ДК профсоюзов был не полон.

Обстановка в помещении располагала к основательности суждений и серьез­ности, благодаря чему появление на сцене директора Дома молодежи не вызвало привычного в таких случаях крика: "Серега, давай! "

Во вступительном слове конферансье пенял на наплевательское отношение смоленской молодежи к организуемым для нее развлечениям, после чего он напомнил присутствующим о том, кого мы сможем сейчас увидеть, и процитиро­вал несколько предложений из своей статьи в журнале "Туесок" №-2 1989 года о записи альбома "Сделано в Париже".

После этого на сцену был вызван Василий.

Далее один герой разыгрывающегося шоу задавал второму вопросы о жизни и даже (страшно сказать - совсем по-американски!) о деньгах, второй отвечал, изображая своего в доску, после чего первый пояснял, что все, конечно, поняли эту шутку.

Здесь уместно вспомнить о том, что представляет собой лирический герой поэзии Шумова. Это эдакий пропитанный духом газетных публикаций, радио­программ и телевизионных детективов совслужащий со своеобразным, точнее, однообразным, мировосприятием и статейным лексиконом. Именно поэтому вышеописанный диалог и был воспринят публикой как начало шоу, а самому Василию это помогло, по всей видимости, войти в образ.

Далее, было шоу. Минут сорок музыки, песнодейства, не очень, правда, различимого в связи с затемнением на сцене. Основная электронная партия му­зыкального сопровождения была записана на фонограмму. Василий же вжи­вую играл на гитаре (перламутровом "стратакастере"), просидев в правом углу сцены все сорок минут. В действе принял участие помимо Шумова некий Алек­сандр Воля - человек, судя по рассказам, абсолютно не попсовый. Мастер по свету, как ни странно, не использовал стробоскопы, бегущие огни, вспышки прожекторов и т. п. традиционные приемы: он освещал авансцену так, как это было нужно.

Музыка не соответствовала стилю, в котором выдержан альбом "Сделано в Париже" и следующий прошлогодний альбом "Очищение". Это было нечто длин­ное, медленное и даже местами медитативное. Рассказанные приключения впи­сывались, в принципе, в рамки традиционных для Шумова бытовых зарисовок: видимо, даже пребывание в Париже и Лос-Анджелесе не смогло вытравить из него моральный кодекс строителя коммунизма.

Принял участие в шоу и фотокорреспондент областной газеты "Смена", непринужденно вынув из розетки вилку, посредством которой была запитана вся звуковоспроизводящая аппаратура, и вставив на ее место вилку своей фотовспыш­ки. Это и была та самая изюминка, без которой не обходится у нас ни один кон­церт.

После окончания спектакля произошла "раздача слонов и материализация духов", то бишь продажа "презентованного" альбома и увенчание экземпляров автографом автора.

К сожалению, праздник наступления Весны на этом не завершился, что и смазало, отчасти, впечатление от его первой части. Продолжала праздник груп­па "Альтернатива" (ресторан "Витязь"). Все консерваторы могли быть доволь­ны - на сцене замигал стробоскоп, свет на сцене мельтешил со скоростью 120 ударов в минуту, музыканты были в черной коже, гитарист убедительно падал на колени, бас-гитарист тоже был великолепен со своими неадекватными телод­вижениями, пианистка была супер-чувственна и архи-женственна. Одним сло­вом, хотелось подойти к музыкантам, взять их под локоток и взволнованно про­изнести: "Старики, это был успех! "

Известный в городе рокабилли-бэнд "Веселый Роджер" выступал перед пуб­ликой, разогретой до оргазма предыдущей рок-группой. Правда, на этот раз Род­жер был невесел. Возможно, причиной этого было нетактичное напоминание о лауреатстве в Вязьме. Рокабилли заняли там 2-е место на рок-фестивале, заработали 300 рублей и наверняка не склонны были рассматривать этот факт, как по­зорное пятно в своей биографии. Но в этот раз упоминание об одержанной в районном центре победе почему-то прозвучало упреком и участники "Веселого Роджера" обломались.

Тем не менее, пять песен, среди которых была абсолютно новая, были сыгра­ны, и публика получила свою порцию положительных эмоций.

Д. Раичев ("Туесок", октябрь 1990).