КАДР 14. Закадровый текст

КАДР 14.

Закадровый текст

Помните милый советский анекдот: «Чукча — не читатель, чукча — писатель!» Говорят, на него не обижался даже один-единственный настоящий чукотский писатель. Эту старую шутку можно переиначить применительно к сюжету новостей. Вот так: «Репортер не сниматель, репортер — писатель!»

Потому что репортер делает сюжет не за камерой, а за клавиатурой своего компьютера.

Это не преувеличение. Это реальность профессии.

Репортер действительно писатель. Он создает сюжет новостей окончательно, когда пишет к нему закадровый текст.

По важности закадровый текст сравнить не с чем. Без него сюжет просто невозможен. Если показать смонтированный ряд выразительных кадров (какие иногда пускают под рубрикой «Без комментариев»), то зритель извлечет из него ровно столько, сколько доступно его пониманию.

Он увидит голые визуальные факты, проясняющие самые простые вопросы: где, кто и что? И больше ничего. Ни трактовки события через информационный повод, ни истории, ни эмоции, ни мысли, ни даже информационного образа в «чистой» картинке нет и не может быть. Просто потому, что все они возникают при помощи медиатворца. Его творческой личности.

Единственный способ наделить сюжет всеми необходимыми качествами — написать слова.

И произнести за кадром.

Почему так происходит?

Есть такая профессиональная шутка работников эфира: «В видео главное — аудио!»

Каждый, кто работает на телевидении, сознает ее правоту.

Значительно обогнав радио благодаря выразительности картинки, телевидение осталось рабом слова. Без рассказа, без словесного объяснения, комментария, описания, высказываний новости перестанут существовать. Мало показать что-то интересное, движущееся и взрывающееся. Надо еще объяснить, почему, как, когда, что будет дальше, кто виноват и что делать. В сюжете сказанное значительно важнее показанного.

Картинка может соврать, ее можно заменить, смонтировать, а слова действительно не вырубишь. Если смотреть новости без звука — понятно мало. Если слушать без картинки — почти все. Как ни странно, телевизионные новости недалеко ушли от радио. Хотя зрители уверены, что смотрят видеоряд и при этом чудесным образом всё понимают. «Невидимость» закадрового текста делает его магическим инструментом, который полностью подчиняет зрителя. Вкрадчиво и незаметно он нашептывает на ушко зрителям все, что хочет репортер. Это своего рода гипноз. Чтобы донести мысли, эмоции и идеи, чтобы управлять зрителями, чтоб пугать и восхищать, надо говорить. Надо составить осмысленный ряд слов, которые вскрывают смысл показанного.

Без языка телевизионная картинка мертва. Без закадрового текста телевизор станет камином, в котором можно наблюдать игру языков пламени.

Какими бы разными мы ни были, к каким бы психологическим типам ни принадлежали, все равно 80 % информации о мире мы получаем при помощи зрения. А вот 80 % смысла постигаем при помощи ушей.

Человеком управляют Звук и Слово.

Убедить и обмануть можно только словами.

Мы слушаем и понимаем.

Мы слушаем и верим.

Даже в великой книге написано: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог» (Иоан. 1:1).

В сюжете новостей принцип «лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать» перестает работать. Зато возникает новый: лучше один раз рассказать и показать, чем сто раз смотреть.

Закадровый текст только кажется незаметным. На самом деле он всемогущ. Именно под него строится монтажный ряд. Именно под него выстраиваются синхроны и пишется стендап. Потому что закадровый текст — стержень и каркас всего сюжета.

Все, что медиатворец хочет сделать с событием в сюжете, он может сделать только с помощью закадрового текста. Работа над картинкой мелка и незначительна в сравнении с трудами по созданию закадрового текста.

Поэтому репортер сродни писателю.

Только не прозаику, а драматургу. Причем драматургу, который выводит на сцену реальных героев и основывается на подлинных фактах.

Вы помните, что основной интерес для зрителей составляет история, которую репортер выстраивает в сюжете. Но, делая видеоряд, репортер лишь показывает событие. История возникает в закадровом тексте. В нем репортер излагает факты таким образом, что они обозначают конфликт героя и антигероя. И сам конфликт прописывается словами и объясняется словами, а видеоряд лишь «опредмечивает» его.

История, на которой держится сюжет, создается на материале визуальных фактов, но сама по себе она — слова, закадровый текст.

Для репортера создать историю — значит написать ее.

Почему?

В сюжете очень мало времени. Надо сильно спрессовать реальность, чтобы растянутое во времени событие влезло в две-три минуты экранного времени. Для этого требуется универсальный «пресс». Видеоряд демонстрирует отрывочные кадры, которые сами по себе мало что говорят. Значит, нужен универсальный «смеситель». А еще приходится разбираться с множеством фактов, участников события и прочих деталей. Значит, необходим еще и универсальный «фильтр», отделяющий лишнее.

Это и есть слово.

Закадровый текст — «пресс», «смеситель» и «фильтр», подвергающий обработке смысл видеоряда. А еще он универсальный «заменитель». Видеоряд может вместить далеко не все, что нужно сюжету. Хотя бы потому, что не все происходило перед камерой. Но в закадровом тексте вы может сказать то, что вам нужно, показав в видеоряде картинку, примерно соответствующую словам. Все равно зритель увидит одно, а поверит другому. И не заметит небольшой подмены. Он будет следить не за совпадением картинки и слов, а за развитием конфликта.

По сути, закадровый комментарий — это особый прием отвлечения внимания от картинки, чтобы зритель не очень вглядывался в то, что ему показывают. Почти что шулерский фокус. На самом деле показать что-то реальное можно очень редко. Фактов, снятых на пленку, в десять раз меньше, чем фактов, собранных без камеры. Снимая, вы привязываете себя к реальности кадра. Рассказывая, сохраняете полную свободу действий.

В закадровом тексте вы можете практически все. Его зависимость от картинки минимальна. Закадровый текст владеет вниманием и разумением зрителя. А картинка нужна лишь для того, чтобы чем-то занять глаза. Странно, но лучшие сюжеты те, где картинка не очень интересна, а закадровый текст выстроен мастерски. По законам драматургии.

Видеоряд привязывает репортера к картинке, а закадровый текст полностью освобождает.

Вы можете вообще ничего не снять из события, вы можете заменить и подменить любые кадры, но лишь при условии, что расскажете захватывающую историю в закадровом тексте.

Более того, закадровый текст может привносить в видеоряд смысл, который в нем не сразу виден. Например, емкая, ироническая фраза на «фоне» вещающего депутата покажет его именно таким, как хочется репортеру.

«Правда» сюжета новостей заключается не в картинке, а в закадровом тексте. Именно он формирует то отношение к реальности, которое нужно репортеру. Камера может найти двух- трех счастливых пенсионеров, не заметив сотни тысяч обиженных и обездоленных, но именно закадровый текст объяснит единичный факт так, что он покажется зрителю всеобщим правилом.

Можно было сколько угодно показывать заседание штаба Саддама Хусейна, но мнение о нем как о пособнике терроризма создали репортеры, говорившие за кадром. Закадровые тексты сформировали уверенность, что Хусейн угрожает миру химическим оружием. Хотя при этом всего-то и показывали, что заводские стены и ободранную иракскую армию. Закадровые тексты развязали войну в Югославии, Заливе, Косово и будут это делать впредь.

Если произойдет ядерный апокалипсис, за это мы «скажем спасибо» закадровым текстам.

Закадровый текст позволяет видеоряду как угодно обманывать зрителя, выдавая одно за другое. Одно и то же событие в разных комментариях нередко представляется двумя разными событиями. Можно показать кусок водосточной трубы и объявить, что это обломок летающей тарелки. Закадровый текст способен буквально на глазах у зрителя очернить белое и обелить черное. При этом картинка не поменяется!

Простой пример. Военный парад. Репортер российских новостей рассказывает о возрождении армии, а его американский коллега у соседней камеры говорит о «русском медведе, который опять грозит миру ядерной дубиной». И эти двое пользуются одной и той же картинкой! В ней ничего не меняется, танки идут одни и те же. Просто разные слова, разные закадровые тексты открывают в событии две противоположные истории — «возрождение российской армии» и «пробуждение от спячки свирепого русского медведя».

Закадровый текст создает историю сюжета, а значит — информационный образ. А вот будет это образ врага или друга, дело рук и совести репортера. Например, две разные телекомпании, американская и российская, показывают одни и те же кадры — бои в Эль-Фалудже. Но американский и российский зритель увидят два принципиально разных сюжета. Потому что им будут говорить совершенно разные слова. В одном с американцами будут воевать «исламские экстремисты», а в другом — «иракские партизаны». Но точно так же в сюжетах о «зачистках» в Гудермесе федеральным войскам в одном случае будут противостоять «борцы за свободу», а в другом — «террористы-вахабиты». Спрашивается: так кто все-таки воюет с американцами в Ираке и с нашими в Чечне? Зависит исключительно от произнесенных слов. Значение каждого слова в закадровом тексте настолько велико, что может полностью поменять отношение к «нейтральной» картинке у зрителя. Слово медиатворца определяет смысл того, что зритель видит в сюжете.

Иногда текст помогает увидеть в видеоряде даже то, чего там нет вовсе. Например, вам показывают какие-то громоздкие объекты, проезжающие грузовики и людей в строительных касках. А тревожный голос за кадром говорит, что Иран готов произвести атомную бомбу. Имеет ли стройка хоть какое-то отношение к ядерному реактору, существует ли он вообще, пытался ли кто-нибудь произвести хоть грамм обогащенного урана, никого не волнует. Репортер говорит, значит, так и есть на самом деле. Зритель покорно «видит» то, что ему сообщают в закадровом тексте.

Впрочем, закадровый текст не только решает «информационно-политические» задачи и навешивает ярлыки — он задает ритм и темп сюжета.

Вспомните, как вы говорите. Когда вы спокойны, ваша речь неспешна, вы излагаете свои мысли при помощи полных, развернутых предложений. Волнуясь, вы переходите на сбивчивую, отрывистую скороговорку. Если у вас лирическое настроение, словесный ноток льется привольной рекой. От ритма вашей речи зависит, насколько внимательно будет вас слушать собеседник, сможете ли вы его в чем-то убедить. Например, методики нейролингвистического программирования предлагают подстраиваться под ритм речи собеседника, чтобы незаметно им управлять.

Ритм закадрового текста точно так же будет определять, сможет ли ваш сюжет привлечь внимание зрителя или нет.

Чем длиннее предложение, чем больше в нем слов, тем меньше шансов, что оно будет понято зрителем. Чем более произвольны по длине и количеству слов фразы, составляющие закадровый текст, тем труднее уловить смысл. И даже самая интересная картинка тут не поможет. В сюжете новостей, как в любом произведении искусства: песне, стихах, фильме, спектакле, должен присутствовать ритм.

Закадровый текст, задавая ритм сюжета, притягивает внимание зрителя к событию. Для того чтобы сюжет подействовал, слова закадрового текста должны быть расставлены в определенном ритмическом порядке. Ритмизируя текст, вы заманиваете зрителя в ловушку. Но ритмизация вовсе не предполагает равномерного и монотонного повторения одинаковых по длине предложений. Совсем наоборот. Она заключается в том, что вы меняете «плотность» изложения.

Емкие короткие предложения (не более 6 слов) учащают ритм, нагнетают тревогу, заставляют зрителя концентрировать внимание.

Длинные фразы (примерно 13-18 слов) замедляют ритм, успокаивают.

Предложения средней длины (7-12 слов) настраивают на усвоение информации без особого эмоционального отклика.

Ритм написанного определяет ритм начитки текста за кадром. И даже ритм монтажа видеоряда. Просто потому, что картинки неизбежно должны попадать в слова. А не наоборот.

В сюжете вы можете управлять ритмом как угодно. В начале речь чуть медленнее и обстоятельнее. С развитием истории и конфликта ритм ускоряется, нагнетая напряжение. А к концу сюжета ритм лучше сбавить, чтобы взволнованный зритель спокойнее воспринял развязку. Но можно вначале ускорить ритм, чтобы зацепить внимание, а ближе к середине, когда история уже понятна, сбросить.

Конечно, смена ритма возможна только в сюжетах хронометражем от двух минут. В коротких успеть бы вместить информацию, поэтому жесткий, напряженный ритм не меняется.

Ритм может быть любым, лишь бы он был.

Если ваш текст звучит как монотонный бубнеж дьячка или, наоборот, вихрь слов, сюжета не будет. К сожалению, это самая частая ошибка начинающих репортеров. Им кажется, что достаточно набрать фактов и текст получится сам собой. Этого не происходит! В сюжете факты должны излагаться в правильном ритме. Написав закадровый текст, надо проговорить его про себя, чтобы выверить ритм. Правильно ритмизированный текст удобно читать вслух. Вы поймете это сразу. Не возникает сбоев и остановок, вы слышите себя и понимаете «сцепления» слов. Выстроенный ритм текста наполняет сюжет «воздухом смысла», которым «дышит» зритель.

Знайте: умение правильно задать ритм закадрового текста — это залог того, что репортер сможет овладеть вниманием зрителя. Этому надо учиться с первых шагов.

А что же темп сюжета?

Он полностью связан с ритмом.

Быстрее или медленнее вы будет рассказывать историю за кадром, зависит от того, с какой частотой звучат слова. Темп сюжета — скорость произнесения слов за кадром — определяет эмоциональную окрашенность. Чем быстрее говоришь, тем тревожнее звучит текст и тем больше нервничает зритель. И наоборот, медленный, спокойный темп речи заставляет зрителя расслабиться, как легкий гипноз.

В большинстве случаев частить так, чтобы слова сыпались как горох, нет необходимости. Помимо всего прочего скороговорка требует великолепной, актерской дикции. И потом, зритель лучше воспринимает спокойную речь.

Да, ритм может быть напряженным, но не надо спешить! Лучше прочитайте текст чуть медленнее, и вы сразу почувствуете, что в сюжете появилось внутреннее напряжение. Значит, ритм и темп заработали, умножая общий эффект.

При помощи ритма и темпа закадрового текста вы определяете, как и с каким чувством зритель будет смотреть видеоряд, что увидит.

Безусловно, закадровый текст зависит от видеоряда. Без видеоряда он превращается в ничто.

Не может быть такого, чтобы видеоряд показывал одно, а закадровый текст рассказывал о другом. Нельзя показывать засуху в Африке, а за кадром расписывать красоты лыжных курортов. Точно так же нельзя, сообщая об открытии нового завода, демонстрировать стриптиз. Картинки и слова должны иметь общую тему, повествовать об одном событии, то есть быть осмысленно сопоставимыми для зрителя.

Но закадровый текст не комментарий к картинкам, не словесное описание того, что зритель наблюдает в кадре. Это движущая сила, которая направляет сюжет. Видеоряд, соединяясь с закадровым текстом, не «плюсуется», а «умножается», создавая синергетический эффект. Эффект, который порабощает зрителя и формирует информационный образ сюжета.

Как же писать закадровый текст, чтобы он имел власть над умами?

Очень просто.

Надо соблюдать закон драматургического развития истории. Для этого в закадровом тексте, как в хорошей пьесе, должен присутствовать конфликт, проходящий обычные фазы:

экспозиция, завязка, кульминация и развязка.

Показывая эти этапы столкновения героя и антигероя, вы возбудите в зрителе интерес, притянете его внимание. А значит, сможете рассказать все, что вам нужно.

На практике экспозиция и завязка в сюжете часто смешиваются. Но кульминация и развязка необходимы. Причем развязка вполне может произойти в стендапе репортера. То есть опять на словах.

Вот как это работает.

В экспозиции вы сообщаете, что режим Саддама Хусейна вносит серьезный «элемент нестабильности» в политическую обстановку на всем Ближнем Востоке.

В завязке информируете, что получены новые секретные данные экспертов ЦРУ, которые говорят однозначно: режим Хусейна готовится к химической войне.

После этого наступает фаза развития, когда вы с помощью фактов, ритма и комментариев к синхронам нагнетаете ужас перед неизбежной катастрофой.

Достигнув кульминации, то есть того момента, когда внимание, страх и интерес находятся на пике, вы сообщаете ключевой факт: оказывается, по данным все тех же экспертов, Саддам собирается воспользоваться запасами химического оружия в самое ближайшее время. Уточнять, где и когда, не обязательно.

Затем, еще немного подергав зрителя за нервные окончания и оценив реальность такого сценария, вы переходите к развязке в стендапе, где однозначно объявляете (например, стоя на фоне пустынного пейзажа) о нависшей над миром и демократией угрозе.

Вот и все.

У вас есть событие — получены новые данные о запасах химического оружия в Ираке.

У вас есть факты — достоверные данные ЦРУ.

У вас есть история — «Если вдруг над миром грянет гром».

У вас есть яркий антигерой — Хусейн.

У вас есть понятный герой — все зрители, от лица которых вы говорите.

У вас есть яркий конфликт — противоборство Хусейна и цивилизованного мира

У вас есть свидетели, выступающие на стороне героя, — эксперты разного рода.

Поздравляю! Вы создали информационный образ: бешеный Саддам запасся отравой, которая вот-вот уничтожит все и вся. Зрители давятся бутербродами и бегут за противогазами.

Остается маленький вопрос: а что вы показываете под этот закадровый текст?

Да что угодно! Хоть улицы Багдада, хоть завод по производству карамелек. Какая разница, что в кадре, когда зритель слушает закадровый текст! Видеоряд не имеет значения. Изложив историю по канонам драматургии, вы создали достоверный и интересный сюжет. То есть вы создаете сам сюжет!

Для медиатворца закадровый текст не просто слова, которые он обязан произнести, комментируя картинку. Закадровый текст — основа основ новостей.

Все, что репортер способен открыть в событии, выискать и запечатлеть во время съемки, выяснить в разговоре с очевидцами, сработает только Б ТОМ случае, если воплотится в закадровом тексте, умело переданное словами.

По сути, закадровый текст — это сценарий сюжета.

Конечно, в реальном сценарии, который репортер сдает редактору выпуска, есть и синхроны, и стендап. Но они включаются в закадровый текст. Текст оставляет место для синхронов и стендапа. А еще определяет, сколько и каких комментариев свидетелей или самого героя будет в сюжете и сколько останется места для стендапа.

Видеоряд, синхроны и стендап становятся единым целым — сюжетом, потому что их объединяет закадровый текст. Монтаж лишь собирает лучшие планы, отсеивая лишнее. А сюжет рождается, когда над ним возникает закадровый текст.

Забегая вперед, скажу, что монтаж сюжета происходит под закадровый текст. Репортер сначала начитывает текст, а потом уже под него подбираются планы. А не наоборот.

Открывая перед репортером безграничные возможности, закадровый текст диктует ему жесткие требования. Это должен быть не просто грамотный набор слов. Профессиональный закадровый текст ведет за собой видеоряд.

Поэтому должны быть соблюдены следующие жесткие условия:

1) история события раскрыта в закадровом тексте при помощи драматургического конфликта;

2) текст соответствует техническим требованиям сюжета;

3) он хорошо читается вслух.

Если с первым пунктом все понятно, то другие требуют пояснений.

Как вы думаете, сколько слов можно произнести в минуту, чтобы люди поняли сказанное?

Практика дает довольно точный ответ — 60 слов. За этим порогом начинается неразличимая скороговорка. Но и 60 слов составляют предел слухового восприятия. Реальное количество слов, которое не заставит зрителя с трудом поспевать за вашей речью, насчитывает от 30 до 40 слов в минуту. Только при таком темпе зритель будет воспринимать информацию, а не гадать, что же было сказано.

Поэтому важнейший закон закадрового текста гласит: количество слов всегда ограничено хронометражем сюжета и порогом слухового восприятия.

Соблюдая ограничения на количество слов, заданные ритмом и темпом, надо развернуть историю, развить конфликт так, чтобы зрители поняли событие. А еще нельзя забывать о фактах.

Если вы захотите сказать за отведенное время слишком много, у вас ничего не получится. Зрители ничего не поймут из вашего скорочтения. Поэтому в закадровом тексте каждое слово буквально на вес золота. На долгие вступления, нудные комментарии, повторы, неторопливые раздумья нет времени! С первой секунды эфира сюжет испытывает дефицит времени. Чтобы его побороть, каждое слово должно стоять на своем месте. Все, что можно сократить, должно быть сокращено, все, что можно выбросить, — безжалостно выброшено.

Отредактировав текст на бумаге, вы должны проверить, как он читается вслух. Например, вы написали «дезоксирибонуклеиновая кислота». А произнести этого не сможете ни за какие деньги. Значит, ставить термин в закадровый текст нельзя. Представьте, что поймет зритель из «звуковой каши» за кадром. Ровным счетом ничего. Хорошие и правильные слова, которые вы не сможете проговорить, убивают сюжет. Звуковой строй русского языка, выступая в роли цензора, вносит свои поправки в закадровый текст, чаще всего на пользу смыслу. (К сожалению, под запрет не попадают монгольские фамилии, которые можно произнести только под пыткой.)

А еще сюжет можно погубить легкопроизносимыми и даже звучными словами, если они понятны репортеру, но темны для зрителя. Например, блеснув в эфире словечком «амбивалентно», «перцепция» или «фрактал», вы с гарантией погрузите аудиторию в глубокое уныние. Все непонятное люди отторгают. И с этим ничего не поделаешь.

Закадровый текст должен легко восприниматься на слух, быть понятным и однозначньм.

Неудачное стечение или соседство одинаковых звуков может лишить речь благозвучия. Например, скопление гласных создает эффект «зияния». Фраза «Шум шипящих машин все чаще шепотом шелестит в штольне», хоть и хорошо ритмизирована, неприемлема из-за стечения шипящих (ничуть не лучше и стечение свистящих звуков). Слова с носовыми и плавными звуками (м, н, л), напротив, вносят в речь музыкальность.

Закончив закадровый текст, возьмите распечатку и обязательно прочитайте написанное вслух. Отмечайте места, которые трудно произносить, или те, где смысл ускользает. Их надо переделать. Так вы добьетесь качественного текста.

Однако все перечисленное лишь «азы» мастерства. Вам потребуется овладеть еще несколькими важными приемами, проверенными практикой. Вот такими:

• Начинайте готовить закадровый текст уже по пути на съемку сюжета.

• Снимая сюжет, думайте, какой текст «положите» на картинку.

• Формулируйте основные идеи и самые важные предложения текста сразу после съемки, когда еще чувствуете дыхание события.

• Пишите текст только после того, как послушаете и отберете синхроны и стендап. Закадровый текст должен плавно входить в синхрон и так же плавно выходить из него. Это значит, что последнее предложение закадрового текста должно предварять слова синхрона, а первое предложение, следующее за синхроном, — развивать высказанное мнение. Точно так же последнее закадровое предложение перед стендапом должно быть написано с учетом слов, сказанных вами в кадре.

• По хронометражу примерное соотношение закадрового текста к сумме стендапа и синхронов должно составлять 3:2, то есть 60 % времени сюжета отводится под закадровый текст, 40 % — под стендап и синхроны. В хорошем сюжете закадрового текста не может быть меньше, чем синхронов.

• История должна развиваться с каждым словом закадрового текста. Нельзя, чтобы он повторял сказанное в синхроне или стендапе. • Никогда не описывайте в тексте то, что зритель видит своими глазами. Ваша задача — обобщать факты, анализировать событие, а не комментировать картинки.

• Всегда начинайте с самого главного, с заголовка, ударной фразы или остро сформулированной темы сюжета. А по сути, с информационного повода. Лучше всего, чтобы первой фразой сюжета стала та, которую выпускающий редактор сможет поставить в Шпигель — видеодайджест всех сюжетов, предваряющий выпуск.

Американцы даже придумали для первой фразы сюжета особое название — «лид» (от английского lead — вести, быть впереди). Они считают ее самой важной для успеха сюжета. И правильно делают. Следуйте их практике. Заинтригуйте зрителя первым предложением, ошарашив его самым интересным, самым захватывающим моментом события. Самое важное после первого предложения — финал текста.

• В начале текста необходимо сразу ввести зрителей в курс события. Для этого надо написать, что, где и когда произошло, какие очевидные последствия уже возникли. Вслед за этим, буквально в следующем предложении, вводите героя и завязывайте конфликт истории.

• Начинайте сюжет именно с закадрового текста. Если необходимо начать со стендапа, он должен выполнить функции закадрового текста, пояснив зрителю суть события и конфликта.

• Не отдавайте начало синхрону героя или свидетеля. Зритель не поймет, кто это, что говорит и почему появился в кадре. Вам придется посвятить начало закадрового текста разъяснению синхрона, а не раскрытию конфликта.

• Никогда не начинайте сюжет словом «вчера» или оборотами «это было», «это случилось».

В сюжете событие происходит прямо сейчас!

• Готовя продолжение сюжета из вчерашнего или позавчерашнего выпуска, помните, что для зрителя сегодняшний сюжет не имеет предыстории, как в сериале, он происходит «здесь и сейчас». Ссылки типа «как я говорил в прошлом сюжете...» исключены. История и сюжет начинаются с нуля.

• Сообщайте в тексте не более трех цифр — и то если есть крайняя необходимость. Зритель перестанет понимать, о чем идет речь, уже на четвертой цифре. Если вы сообщаете больше трех важных цифр, память не удерживает ни одной. Даже в сюжете о трагическом событии обилие цифр ничего не добавляет к информационному образу.

• Если вам необходимо упомянуть в тексте сложную цифру, например двести шестьдесят семь, ее надо округлить в ту или другую сторону, написав: «почти триста» или «более двухсот». Цифру «двести шестьдесят семь» ни один зритель не сможет воспринять на слух. На слух воспринимаются цифры от одного до десяти.

• Избегайте перечисления одинаковых фактов. Уже на третьем зритель перестанет понимать сюжет, потому что забудет о конфликте.

• Одно и то же действующее лицо называйте одинаково на всем протяжении сюжета. Зритель не поймет, откуда взялся какой-то «Иван Иванович», если перед этим вы называли его «господин Тютькин».

• Не перечисляйте всех званий и регалий персонажа. Для этого есть подпечатка. В закадровом тексте надо использовать только сокращенные наименования чинов и титулов.

• Употребляйте только простые слова. Конечно, вы, человек образованный, знаете, что такое «релевантность», «эксцессы» и «система сдержек и противовесов». Но многие люди этого не знают! Они не поймут, что вы сказали.

• Если вам все-таки необходимо употребить сложный термин или непонятное для многих зрителей слово, не ставьте его в начало предложения. Зрителя надо подготовить к нему.

• Избегайте сложных (сложносочиненных и сложноподчиненных) предложений и оборотов речи. На бумаге за изысками уследить можно, но на слух они не воспринимаются. Такие предложения разваливают ритм.

• Пишите хорошим русским языком. Пишите сухим языком фактов и сторонних комментариев.

• Крайне редко используйте прилагательные. Любые. Они вносят прямую эмоциональную окраску и как бы диктуют зрителю отношение к происходящему. В сюжете это не срабатывает. Зритель должен родить эмоцию сам, слушая «нейтральный» текст.

• Лирические интонации в закадровом тексте неуместны. Вы можете писать по схеме: «Ночь.

Улица. Фонарь. Аптека», но не: «Я помню чудное мгновенье...»

• Пользуйтесь современной лексикой и фразеологией, понятной зрителям. Иначе вы окажетесь в положении эмигранта, который вернулся из Парижа и говорит: «Милостивый государь, не будучи представленным, осмелюсь полюбопытствовать...»

• Отдавайте предпочтение действительному залогу перед страдательным. Лучше написать:

«Иракские партизаны взорвали армейский патруль», чем: «Армейский патруль был взорван иракскими партизанами».

• Никогда не пишите от первого лица. Выражение «Я видел, как...» в сюжете недопустимо. Повествование должно вестись от третьего лица множественного или единственного числа, то есть обезличенно.

• Всегда используйте великую формулу сюжета. Она поможет убрать лишнее и выделить главное даже на уровне слов. В одном предложении текста должна содержаться только одна мысль. Прямая как стрела и понятная.

• Пишите текст, руководствуясь законами драматургии. В нем должны быть: экспозиция, завязка, кульминация и развязка (финал). История должна пройти хотя бы главные стадии развития конфликта.

• Придерживайтесь прямого линейного развития событий. Нельзя, чтобы потом в монтаже кадры «прыгали» из конца события в начало и наоборот.

• Не ставьте смысловую точку в конце текста. Пишите финал так, чтобы историю можно было продолжить, чтобы зритель ожидал развития события.

• Учитывайте топографию события. Нельзя, чтобы, следуя за текстом, видеоряд «прыгал» с натуры в интерьер и обратно.

• Написав текст, обязательно отредактируйте его дважды: сначала выправьте язык и смысл, затем — ритм, темп и звуковой строй, чтобы вы успели все сказать, а зрители — услышать.

• Читая текст вслух, проверьте, укладывается ли он в хронометраж сюжета с учетом синхронов и стендапа, и при необходимости сделайте сокращения.

• Хронометраж текста должен быть чуть меньше того, который предусмотрен для него в сюжете. В этом случае вы сможете правильно выдержать ритм, не ускоряя темпа.

• Не старайтесь за счет увеличения темпа впихнуть в текст побольше слов. Зрителя не интересует объем информации, он хочет понять главное и сопереживать истории. Больше слов — хуже для сюжета.

• Выбрасывайте без жалости все лишние слова и предложения, в первую очередь те, что вам особенно нравятся. Хороший текст — плотный, упругий и ритмичный, ничего не убавишь и не прибавишь.

• Зритель должен сначала услышать текст, а потом увидеть картинку. Надо, чтобы текст опережал показываемые в видеоряде происшествия примерно на две секунды.

• На монтаже подвергните текст окончательной правке, особенно если этого требует яркий и выразительный кадр-образ.

• Текст сюжета окончательно рождается в начитке репортера. Читайте текст так, чтобы зритель понял, что вы ему хотите сказать. Сохраняйте спокойную, взвешенную, отстраненную интонацию рассказчика и свидетеля, а не эмоционально вовлеченного участника события.

Когда эти правила войдут у вас в привычку, вы научитесь профессионально делать закадровый текст и сюжет.

И еще. То и дело возникают модные словечки, которые пролезают в каждый второй сюжет.

Например: «системный кризис», «тренд», «актуально», «тенденция», «лояльный», «федералы», «демократические ценности», «управляемая демократия», «террористы „Аль-Каиды"», «экстремистское подполье», «бритоголовые», «титульная нация», «оборотень в погонах», «сложная ситуация», «неожиданный сценарий», «озвучить». Из модных «фишек» они быстро становятся штампами. Стоит ли ими пользоваться? Решать вам. Если редактор выпуска не против, а других слов у вас нет — пользуйтесь. Но лучше искать свое слово, до последней возможности.

Многие зрители, регулярно смотрящие новости, привыкают к штампам. Но если спросить, они не объяснят вам, чем отличается «системный кризис» от «сложной ситуации». И уж тем более не растолкуют, что такое «семибоярщина», «нацболы», «постсоветское пространство», «революция роз», «оранжевые», «Красный пояс», «гарант демократии», «авторитетный бизнесмен». Все это ярко, броско и выразительно. Но понятно лишь 1 % зрителей, которые смотрят все новости подряд.

Лучше подумать об остальных 99 % аудитории, избавив их от профессиональных «фишек».

И уж что совершенно недопустимо в закадровом тексте, так это использование кличек и слов, имеющих оскорбительный смысл. Например: Жирик, Лужок, «черные» и т. д. Репортеру очень просто повесить на человека ярлык. Ведь оскорбленный не может ответить тем же. Разве только вызвать в суд. У вас должен быть внутренний сдерживающий фактор. Есть много способов показать, что собой представляет та или иная персона, не опускаясь до прямых оскорблений.

Закадровый текст — важнейшая часть сюжета. Но еще не весь сюжет.

Он основа стиля сюжета.