Глава 6. Сколько икон было передано из государственного музейного фонда на продажу?

Сколько всего икон было передано из московского отделения Государственного музейного фонда в «Антиквариат» на продажу и что могут означать массовые передачи в Исторический музей госфондовских икон, которые, по мнению экспертов того времени, не имели музейного значения? Для ответа на этот вопрос необходимо восстановить ход событий, сведя воедино все имеющиеся факты (прил. 8а, 9).

В общей сложности за все время его существования из иконного отдела московского Музейного фонда согласно финальному отчету было выдано 3812 икон, три предмета – две хоругви и икона – выданы после составления отчета, а еще две иконы не были найдены, но, вероятнее всего, выданы в «Антиквариат». Таким образом, общее количество предметов в иконном фонде составит 3817 (прил. 5).

В июне 1927 года иконы из Центрального хранилища перевезли на хранение в Успенскую церковь Новодевичьего монастыря в связи с решением о ликвидации ГМФ и экстренным выселением иконного отдела из дома Зубалова. К этому моменту из иконного фонда ГМФ уже была выдана 541 икона (прил. 8а): 375 икон на постоянное хранение (прил. 6 до акта № 740) и еще 166 икон – на временное хранение, но они так и не были возвращены в ГМФ (прил. 6, акты № 44, 56, 83). Из общего числа выданных 33 иконы отданы на нужды отдела охраны материнства и младенчества Наркомздрава (прил. 6, акт № 659; прил. 8а) – видимо, они предназначались на продажу в благотворительных целях. Тем же летом, уже после переезда иконного отдела в Новодевичий монастырь, еще 28 икон выданы на продажу в магазин Деткомиссии при ВЦИК (прил. 6, акт № 740; прил. 8а). Таким образом, львиная доля икон, выданных к осени 1928 года из ГМФ, попала в музеи и только 61 икона – на продажу на внутреннем рынке в благотворительных целях (прил. 8а).

Следующим этапом в ликвидации иконного отдела, как показало это исследование, стала работа комиссии Главнауки по распределению икон на имеющие и не имеющие (госфондовские) музейного значения (прил. 7). К ноябрю 1927 года – время начала работы комиссии – согласно учетной ведомости из иконного отдела ГМФ были выданы еще 174 иконы (прил. 8а), в том числе 172 – в Исторический музей (прил. 6, акт № 762) и 2 – в Музей Радищева в Саратове (прил. 6, акт № 792). Иконы, переданные в ГИМ, видимо, представляли партию, которую Силин успел отобрать во время командировки в Центральное хранилище ГМФ в июне 1927 года. Таким образом, выдач икон на продажу в этот период не было (прил. 8а).

После выхода январского 1928 года постановления СНК об усилении экспорта произведений искусства началось формирование экспортного фонда. К этому времени фонд икон ГМФ уменьшился еще на 1099 икон (прил. 8а) за счет выдачи 1 иконы в Оружейную палату (прил. 6, акт № 830), 465 – в Избирком (прил. 6, акт № 838) и 633 – в Исторический музей (прил. 6, акт № 863). Известно, что к началу февраля 1928 года комиссия Главнауки, которая сортировала иконы на музейные и немузейные, просмотрела 2563 иконы (прил. 7, протоколы 1–20). Из них 632 были признаны музейными. Видимо, эта партия фактически целиком и была выдана 9 февраля 1928 года в ГИМ по акту № 863. Следовательно, иконы, отданные в Избирком 8 декабря 1927 года по акту № 838, происходили из госфондовских. Скорее всего, они предназначались на продажу через аукционы и антикварные магазины в благотворительных целях. С учетом «избиркомовской» партии количество икон, выданных к середине февраля 1928 года на продажу из ГМФ, возрастет до 526 (прил. 8а).

Затем в течение лета 1928 года шло формирование экспортных коллекций для Мосторга, их унаследовал «Антиквариат». В процессе этой работы Анисимов забрал много икон из госфондовской партии в Исторический музей. Все 236 икон, которые были выданы из ГМФ летом 1928 года, ушли в музеи (прил. 8а): 18 из них выданы в Антирелигиозный музей (прил. 6, акт № 933), остальные – в ГИМ (прил. 6, акты № 992, 994, 1041).

Осенью 1928 года начался завершающий, авральный период ликвидации иконного отдела московского ГМФ. В общей сложности было выдано 1734 иконы (прил. 8а), из них 909, согласно актам выдачи, предназначались ГИМ (прил. 6, акты № 1095, 1117, 1121, 1143, 1153, 1212), 810 были отданы в «Антиквариат» на продажу (прил. 6, акты № 1083, 1090, 1134). Остается 15 икон (прил. 8а); отчетная ведомость не указывает, куда они были выданы, но, скорее всего, часть их отправилась в ГИМ, другая – в Госфонд.

Распределение икон московского ГМФ было объявлено законченным 24 декабря 1928 года[534]. 12 января 1929 года Воскресенский предоставил выверенные отчетные данные[535]. Затем вышло распоряжение по Наркомпросу № 131: «Считать Центральное хранилище М.[узейного] Ф.[онда] ликвидированным с 1 февраля с. г. (1929. – Е. О.)».

На этом можно было бы поставить точку, однако текущие оперативные данные об остатках икон в московском ГМФ свидетельствуют, что для продажи Мосторгу[536] летом 1928 года было выделено гораздо больше, а именно 1912 икон (прил. 9). Это число близко к числу икон (1982), которые комиссия Главнауки по сортировке икон признала не имеющими музейного значения и предназначила для Госфонда (прил. 7). Есть соблазн, которому и поддались некоторые исследователи, принять эту цифру за количество икон, отданных из московского отделения ГМФ в «Антиквариат». Однако ошибка здесь заключается в том, что оперативные данные об остатках икон в ГМФ показывают не фактические выдачи, а только то, сколько икон было отложено для передачи в Госторг/«Антиквариат». Эти данные необходимо рассматривать вкупе с актами фактической выдачи из ГМФ, что и сделано ниже.

Согласно оперативным данным об остатках икон, фонд, выделенный для Мосторга, сократился с 26 июля по 25 августа с 1912 до 1704 икон (прил. 9), следовательно, 208 икон были выданы. Но куда? Акты выдачи свидетельствуют, что в этот период времени не было ни одной передачи икон в Мосторг или «Антиквариат» (прил. 6). Однако есть два акта, № 992 и 994, по которым 22 августа 1928 года в Исторический музей выданы именно 208 икон (прил. 6). Как было сказано ранее, летом 1928 года шло формирование экспортных коллекций икон, в процессе которого его активный участник Анисимов отбирал лучшие иконы из госфондовского имущества в ГИМ. Таким образом, благодаря Анисимову более двух сотен икон, которые вначале находились в партии, отложенной для Мосторга, избежали выдачи на продажу. «Антиквариат» не получил их.

Следующее сокращение фонда икон, выделенных из ГМФ для продажи, произошло в октябре 1928 года (прил. 9). Оперативные данные об остатках икон показывают, что до середины октября никакой активности не было. Затем к 20 октября товарный иконный фонд сократился с 1704 до 918 икон (прил. 9), следовательно, были «выданы» 786 икон. Из них 126 икон, происходившие из магазина Вострякова, на самом деле не были выданы, а только переведены из товарного в музейный фонд (прил. 9), видимо благодаря усилиям Анисимова[537]. Остальные 660 икон были действительно выданы в «Антиквариат». Это подтверждают акты фактических выдач (прил. 6, акты № 1083, 1090, 1134), представленные в отчетной ведомости. Выдачи проходили с 16 по 19 октября и 21 октября. Согласно актам выдачи, «Антиквариат» получил 810 икон. Расхождение оперативных данных (660 икон) и данных актов фактической выдачи (810 икон) объясняется тем, что оперативные данные соответствуют состоянию на 20 октября, а выдачи проходили еще и 21 октября. Таким образом, выдаче в «Антиквариат», согласно уже составленным актам, дополнительно к 660 выданным подлежало еще 150 икон. Их продолжали учитывать в оперативных данных о наличных остатках.

На начало ноября 1928 года, как показывают оперативные данные, фонд икон, выделенных на продажу из ГМФ, сократился еще на 124 иконы, с 918 до 794 икон (прил. 9). Однако в этом случае иконы не были выданы в Мосторг. Это была еще одна партия икон из магазина Вострякова, которые перевели из товарного в музейный фонд. Вместе с уже ранее выделенными из товарного фонда 126 иконами они составили партию в 250 икон, указанную в оперативных данных на 6 ноября 1928 года (прил. 9). Эти иконы забрал ГИМ[538].

На этом оперативные данные обрываются, и последующий ход событий можно восстановить лишь на основе актов фактической выдачи. Из оставшихся в наличии на начало ноября 794 икон (прил. 9) 150 уже были оформлены октябрьскими актами выдачи в «Антиквариат». Их продолжали учитывать в наличных остатках, так как «Антиквариат» их еще не вывез. Их «выдача», оформленная актами в октябре, означала перемещение этих икон в специальную комнату, предназначенную для хранения и упаковки икон «Антиквариата». Остаются неучтенными 644 иконы. Как показывают акты, никаких прямых выдач икон в «Антиквариат» больше не было (прил. 6). На заключительном этапе фактически все оставшиеся иконы отправлялись в ГИМ. Обращают на себя внимание акты № 1143 и 1153, по которым в общей сложности именно 644 иконы отправились в ГИМ (прил. 6). Видимо, это и есть тот искомый остаток товарной партии, которая была отложена для Мосторга.

Спешная выдача предназначенных для Антиквариата икон в ГИМ, вероятно, диктовалась необходимостью освободить помещения и людей, которые к этому времени уже работали бесплатно. Об авральном положении и медлительности «Антиквариата» свидетельствуют архивные документы. Так, еще в конце сентября 1928 года комиссия по ликвидации Центрального хранилища настоятельно «предлагала» Мосторгу «срочно принять в установленном порядке выделенные для него иконы в количестве 1704 штук, за исключением из них Востряковского собрания, которое должно быть передано в ГИМ»[539]. Процесс выдачи, видимо, тормозился тем, что не все иконы к тому времени были оценены. На октябрьском заседании комиссия вынуждена была даже разрешить выдачу икон «Антиквариату» без оценки, но с оговоркой оценивать иконы в процессе передачи, «если это не будет слишком задерживать выдачу». Однако и это не изменило положения вещей. На ноябрьском заседании комиссия вновь настоятельно предлагала торговцам «усилить приемку икон»[540]. Заведующий Центральным хранилищем Воскресенский также сетовал, что ликвидация фонда задерживается по вине «Антиквариата», «который не берет предметы, для него отобранные»[541].

Проведенный анализ позволяет сказать, что 644 иконы – остаток предназначенного для «Антиквариата» товарного фонда – были переданы в ГИМ лишь на время. Если эти иконы были выданы в «Антиквариат», то из Исторического музея[542]. В этой связи обращает на себя внимание телефонограмма от 19 сентября 1929 года, сохранившаяся в архиве ГИМ: из Исторического музея телефонировали в Госторг, «повторно» требуя немедленно вывезти отобранные для него 600 икон согласно оформленным актам сдачи[543]. Хотя со времени передачи икон из ГМФ в ГИМ прошел уже почти год, может, это и было то наследство ГМФ, которое предназначалось для «Антиквариата», но было вывезено в Исторический музей при авральной ликвидации иконного отдела московского ГМФ. Следует напомнить, что и в Ленинграде после ликвидации ГМФ оставшиеся после него фонды передавали на хранение в Русский музей и Эрмитаж.

Подводя итог сказанному, можно утверждать следующее. До начала массового экспорта произведений искусства (зима 1928 года) из общего количества в 3817 икон на продажу в благотворительных целях были выданы в отдел охраны материнства и младенчества Наркомздрава, магазин Деткомиссии ВЦИК и некий Избирком 526 икон. С началом массового экспорта для Мосторга, которому унаследовал «Антиквариат», была отложена партия из 1912 икон. Из этой партии при пересмотре госфондовского имущества Анисимову удалось изъять сначала 208 икон (лето 1928 года), а потом еще 250 (осень 1928 года). Последние в основном или целиком происходили из магазина Вострякова. Эти 458 икон получил Исторический музей. Можно твердо сказать, что из оставшейся товарной партии 810 икон были напрямую выданы из ГМФ в «Антиквариат» по актам № 1083, 1090 и 1134. Остальные предназначавшиеся на продажу примерно 644 иконы были вывезены на временное хранение в Исторический музей, откуда позже могли быть выданы в «Антиквариат» в составе госфондовского имущества.

Таким образом, из московского ГМФ «Антиквариату» точно досталось 810 икон, но с учетом перевезенных на временное хранение в ГИМ могло достаться почти полторы тысячи. В общей же сложности из иконного собрания ГМФ в 3817 икон на продажу выдано немногим более половины, то есть без малого две тысячи, включая те 526 икон, что ранее были выданы на нужды отдела защиты материнства и младенчества Наркомздрава, в Избирком и Деткомиссию ВЦИК. По оценкам ведущих экспертов того времени, практически все они не имели музейного значения[544]. Другая половина иконного фонда московского ГМФ была выдана в центральные и провинциальные музеи, главным образом в ГИМ (прил. 6).

Скрупулезный анализ документов нескольких архивных фондов, проведенный в этой главе, свидетельствует, что данные о выдаче икон на продажу из ГМФ, которые фигурируют в опубликованной литературе, ошибочны. Так, Е. В. Гувакова пишет: «В 1929 году после ликвидации ГМФ хранителем С. И. Битюцкой было выдано в Госторг 3815 икон»[545]. Она ссылается на лист 27 в деле о ликвидации московского хранилища ГМФ, которое использовала и я в этой книге[546]. Фотокопия этого листа у меня есть. Это первая страница объяснений Воскресенского в ликвидационную комиссию. Битюцкая[547] там действительно упоминается, но только в том смысле, что во время работы в ГМФ часть икон, резные и те, у которых были художественно ценные оклады, она отправила не в отдел иконописи, а в отделы скульптуры и прикладного искусства. О выдаче 3815 икон в Госторг в этом документе речи нет. Как следует из сводной ведомости о ликвидации иконного отдела, которая находится в том же фонде, цифра 3815 – это общее количество икон московского ГМФ, выданных (3812 икон) и подлежащих выдаче, но отсутствующих в наличии (3 иконы). Были еще две хоругви, которые учтены в моих данных, но не учтены Гуваковой. Таким образом, цифра 3815 (+2 хоругви) – это общее количество икон, прошедших через московский ГМФ и выданных в разные учреждения при ликвидации фонда, а не количество икон, выданных на продажу. Согласно выводам Е. В. Гуваковой, весь иконный фонд ГМФ ушел на продажу, тогда как акты фактических выдач (прил. 6) свидетельствуют, что около половины выданных икон отправились не в Госторг, а в центральные и провинциальные музеи[548].

Ввиду того, что в ленинградском ГМФ иконы учитывались не отдельно, как в Москве, а в составе церковного имущества, назвать точное число выданных на продажу икон не представляется возможным. Как было сказано ранее, с 1 октября 1927 до 10 мая 1929 года в Госфонд и Госторг было передано из ленинградского ГМФ 2778 заинвентаризированных и 822 незаинвентаризированных предметов церковного имущества[549].

Можно считать доказанным, что Государственный музейный фонд и Исторический музей были двумя основными источниками пополнения товарного фонда икон «Антиквариата» (прил. 10) и что львиная доля выданных из ГМФ на продажу икон, по мнению основных экспертов того времени, не имела музейного значения. Значительное количество икон, видимо, досталось «Антиквариату» из Музейного фонда МОНО[550], однако эта часть истории пока остается неисследованной. Другим значительным источником пополнения иконного фонда «Антиквариата» мог быть Новодевичий монастырь, где, по оценкам экспертов, хранился большой запас икон (не считая перевезенных туда из ГМФ).

В «Антиквариат» поступали иконы и из провинциальных музеев. Так, из фондов Вологодского музея в 1929 году было выдано на продажу более тридцати икон[551]. Из Новгородского музея в марте 1930 года бригада Госторга и Главнауки отобрала для «Антиквариата» «более двадцати произведений искусства, в том числе иконы XV–XVI веков». В это же время в этом музее проходили и изъятия для «Интуриста»[552]. Инвентарные книги Сергиевского историко-художественного музея (б. Троице-Сергиева лавра) свидетельствуют, что и там широко проводились изъятия икон в «Антиквариат». В одном из архивных документов, в частности, говорилось, что в «Антиквариате» оказались иконы из Сергиевского музея, имеющие высокое историческое значение: икона «Умиление», датируемая 1598 годом и принадлежавшая Варлааму Ростовскому (опись Олсуфьева № 96); три иконы «Эммануил» и «два архангела» – вклад государева духовника Никиты Васильева в 1648 году (№ 179); принадлежавшая Петру I икона «Казанской Богоматери» (№ 166) и «кузов, бытовавший с XVII века в местной церкви Рождества» в Сергиеве (№ 425)[553]. Не избежало потерь и прекрасное собрание Ярославского музея. Количество икон, поступивших в «Антиквариат» на продажу из провинциальных музеев еще предстоит установить.

Акт № 192 от 7 мая 1930 года о возвращении в Исторический музей 204 икон из числа тех, которые ГИМ 26 декабря 1929 года отдал в Госторг по акту № 262. Исторический музей

Товарный фонд «Антиквариата» был огромен, он насчитывал тысячи икон (прил. 10). Однако это не значит, что все эти иконы были проданы. Медные образки, небольшие иконы в декоративных окладах, складни, кресты пользовались спросом у иностранных туристов и, видимо, разошлись из магазинов Торгсина и «Антиквариата» на «русские сувениры», которые были подарены случайным людям и затерялись в домашних кладовках и на чердаках. Однако антикварный рынок произведений русского религиозного искусства в то время только начал формироваться. Ограниченный спрос отдельных собирателей русских икон не мог «поглотить» огромное количество иконного товара, выброшенного на мировой рынок в короткий срок, к тому же в период экономического кризиса и депрессии. Анализ современных зарубежных музейных коллекций русских икон подтверждает высказанные сомнения[554]. Куда же подевались непроданные иконы?

Сотни икон, которые попали из Государственного музейного фонда и музеев на продажу в «Антиквариат», впоследствии были возвращены в Третьяковскую галерею, Исторический, Русский, Антирелигиозный и другие музеи. Ответить на вопрос, сколько именно икон вернулось из «Антиквариата» в музеи, трудно, но возможно. Для этого сотрудники музеев должны проделать кропотливый анализ учетных документов. Работа, проведенная автором этой книги в отделе учета Исторического музея, показала, что «Антиквариат» вернул в музей по крайней мере 204 иконы (май 1930 года, акт № 192). По моему запросу сотрудники ГТГ начали было подсчет икон, которые поступили в галерею из «Антиквариата», но из?за загруженности плановой работой и трудоемкости процесса не смогли его закончить. Однако можно уверенно предположить, что это количество составит несколько сотен, то есть более того, что сама галерея отдала торговой конторе в 1930?е годы[555]. Таким образом, даже предварительные изыскания свидетельствуют, что количество возвращенных в музеи икон было весомым.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.