Урок 4. Вертикальный квадрат

Урок 4. Вертикальный квадрат

На прошлом уроке я рассказал вам о работе сценарной группы над телероманом. Думаю, все заметили, что этот жанр дает сценаристу очень мало возможностей для авторского самовыражения и больше сходен с работой на конвейере. Тем не менее, иногда это может быть и достоинством. Ведь, работая над телероманом, сценарист стабильно имеет кусок хлеба в течение нескольких месяцев, а то и лет.

Сегодня же мы поговорим о жанре, в котором сценаристы более свободны, но и менее защищены. Этот жанр — вертикальный сериал (процедурал). В каждом таком сериале есть один или несколько главных героев, у которых одна цель — узнать тайну. В каждой серии раскрывается одна тайна. Если это детективный, криминальный сериал, расследуется одно дело. Но вертикальный сериал может быть и не детективным. Например, «Доктор Хаус», строго говоря, является медицинской драмой. Однако его сюжет построен по принципу детектива: врачи-сыщики ведут поиски преступника, роль которого выполняет болезнь.

Начнем с героя. В первой части нашего «Букваря» я говорил, что в сценарных кругах есть расхожая формула: «и еще он расследует преступления». Он писатель — и еще он расследует преступления. Он почтальон — и еще он расследует преступления. Он экстрасенс — и еще он расследует преступления. Он маньяк-убийца — и еще он расследует преступления.

Никого не удивляет расследующий преступления полицейский. Но даже на тему обычного полицейского расследования есть множество вариаций. «Кости»: герои — специалисты по идентификации человеческих останков; «Закон и порядок»: герои — полицейские и прокуроры, поддерживающие обвинение в суде; «Прослушка»: герои — полицейские, ведущие наблюдение за преступниками; «Числа»: герои — полицейский и его брат — математический гений; «Место преступления»: герои — эксперты, анализирующие улики. И т. д.

Расследование в таких сериалах обычно ведут несколько героев. И все они обязательно находятся друг с другом в конфликте. Например, самый простой и едва ли не самый распространенный: герой-детектив попадает в подчинение к женщине-начальнице, которая была когда-то его подружкой. Разумеется, они имеют диаметрально противоположные точки зрения по поводу расследования. Они знают слабые стороны и болевые точки друг друга и беззастенчиво этим пользуются. У каждого из них есть свои козыри: у начальницы — ее статус, ум и красота, а у детектива — его обаяние и… допустим, умение стрелять без промаха. В каждой серии они проходят путь от полного неприятия методов работы друг друга до необходимости совместных действий и в итоге — к поимке преступника.

Однако от серии к серии герои и их взаимоотношения практически не развиваются. Если в первом сезоне герой — майор милиции, то и в последнем он — майор милиции. Потому что если он дослужится до генерала, у него резко изменится круг служебных обязанностей. И он уже не сможет, как простой майор, прыгать по крышам и ловить преступников. Так же и во взаимоотношениях: если герои — мужчина и женщина, между ними всегда есть сексуальное напряжение. Создатели сериала стараются это напряжение поддерживать, чтобы зрители гадали: любят они друг друга или нет? И ждали, когда уже между ними все случится. Сериал «Моя прекрасная няня» было интересно смотреть до тех пор, пока сохранялась интрига: любит ли Шаталин няню? Как только стало ясно, что таки да, любит, стало неинтересно. Но уже к тому времени о любви Шаталина и няни стали говорить только что не из утюга…

С точки зрения творчества наличие нескольких главных героев, находящихся в конфликте между собой, дает возможность придумывать новые сюжетные линии, не связанные с основным действием.

Но есть и несколько более практических соображений. Где происходит действие сериалов «Кости», «Числа», «Место преступления», «24» и многих других? В Нью-Йорке, Лос-Анжелесе, Чикаго — в крупных городах. На улицах, в барах, наркопритонах, судах, адвокатских конторах и т. д. Но если вы попробуете с часами в руках сосчитать, сколько времени в каких объектах проводят герои, вы с удивлением обнаружите, что большую часть времени они проводят… у себя в офисе! В лаборатории, полицейском участке, кабинете врача и т. д.

Чем больше объектов — тем дороже. Но зато чем меньше объектов — тем скучнее. Например, сидят двое полицейских, закинув ноги на стол, и обсуждают вчерашний футбольный матч. И интересно ли смотреть такую сцену? Поэтому и приходится создателям сериалов искать разные ухищрения. Одно из них — создание конфликтных ситуаций внутри команды.

Теперь представьте, что два полицейских сидят, направив друг на друга пистолеты. Согласитесь, это заметно оживляет действие.

Кроме того, если в сериале есть два главных героя, то их можно снимать по очереди или одновременно двумя съемочными группами.

Словом, наличие нескольких героев дает немалые возможности, но и создает определенные проблемы.

Например, структура некоторых вертикальных сериалов пытается опровергнуть одно из главных положений поэтики Аристотеля. Думаю, все вы уже знаете, что в любом произведении, протяженном во времени, будь то фильм, песня или книга, должно быть три части — начало, середина и конец. Завязка, кульминация и развязка. 1 акт, 2 акт и 3 акт. Так было всегда и продолжалось до тех пор, пока не придумали вертикальные сериалы, в которых четыре акта.

Четвертый акт в вертикальных сериалах появился тогда, когда производственные задачи стали брать верх над задачами творческими, а именно: необходимость иметь двух главных героев, две одновременно работающие съемочные группы, разбиение одной серии на две (вариант сериала выходного дня — две серии по 44 минуты) или другие чисто практические соображения — так появилась необходимость ввести в одну серию двух равноправных сюжетных линий.

Один из первых сериалов такого типа — «Закон и порядок», в каждой его серии проводятся два расследования: одно полицейское, второе — прокурорское во время судебного слушания. Причем второе не всегда напрямую связано с первым.

В этом случае из первого сюжета выбрасывается развязка, а из второго — завязка. Линии развиваются последовательно, одна за другой:

линия 1-я — завязка;

линия 1-я — кульминация, она же является завязкой линии 2;

линия 2-я — кульминация;

линия 2-я — развязка.

Это самый простой вариант, и когда смотришь такую серию, просто кажется, что закончился один сериал и начался второй. Сюжет, скажем так, немножко громыхает на стыке. Но есть и более сложные варианты построения. Например, когда обе истории развиваются параллельно:

линия 1-я — завязка;

линия 2-я — завязка;

линия 1-я — кульминация и развязка;

линия 2-я — кульминация и развязка.

В этом случае третьим актом является «ужатые» до одного акта кульминация и развязка первой сюжетной линии, а затем идет кульминация и развязка второй линии.

Примерно так же строятся и серии, состоящие из двух частей:

1 серия

линия 1-я — завязка;

линия 2-я — завязка.

2 серия

линия 1-я — кульминация и развязка;

линия 2-я — кульминация и развязка.

В таких сериалах первая серия зачастую страдает излишней «экспозиционностью», она наполнена событиями, которые не движут действие, а лишь характеризуют героев с той или иной стороны. А вторая серия перегружена событиями, за которыми зритель не успевает следить.

Подобное построение, удобное для производства, создает огромные проблемы для сценаристов. Зритель, посмотрев одну кульминацию и развязку, эмоционально «перегорает», подсознательно чувствуя, что история уже закончена. И не готов смотреть развязку второй истории. Для того чтобы зритель не выключил телевизор после первой развязки, ее искусственно ослабляют, снижают градус эмоций. Создатели всегда вынуждены выбирать: на третий или на четвертый акт всегда придется ослабление зрительского внимания.

Такие сериалы немного напоминают современные истребители-невидимки, форма которых настолько не аэродинамична, что они могут летать лишь при одновременной работе нескольких двигателей, которыми управляет мощный компьютер.

Законы драматургии — штука упрямая. Аристотель плохого не посоветует.

Теперь перейдем собственно к расследованию. Оно всегда развивается по одной и той же схеме.

1. Совершено преступление. Есть пострадавший, свидетель и друг пострадавшего. Забегая вперед, скажу, что преступник — один из них. Почти всегда. Исключения крайне редки. Более того, если в результате расследования выяснится, что убийца — какой-то совершенно посторонний маньяк, который случайно в ту ночь шел мимо и увидел открытую дверь, то зритель будет разочарован. Он должен знать, что преступник все это время был рядом.

2. От свидетеля детектив узнает какую-то информацию. Появляется первая версия событий во время совершения преступления. Эта информация помогает детективу добраться до второго свидетеля или улики, которые полностью опровергают первую версию событий и дают новое направление и возможность сформулировать вторую версию. Это первый сюжетный поворот.

3. Детектив движется в полученном новом направлении и находит второго свидетеля или улику, которые снова разрушают его версию и дают новое направление. Это второй сюжетный поворот.

С этого момента в некоторых детективах главный герой уже знает, кто преступник. А зрители — еще нет.

4. Затем детектив предпринимает некое действие, которое полностью разоблачает настоящего преступника, — развязка. И преступником оказывается (см. выше) — друг пострадавшего, первый свидетель или сам пострадавший.

За время следствия детектив рассматривает всего три версии — две оказываются ложными и одна верной.

На первый взгляд все очень просто. Даже хочется как-нибудь, ну, усложнить, что ли.

А почему бы не добавить еще пару ложных версий? Пусть их будет не две, а четыре. Пусть сыщик помучается, а зрители получат в два раза больше удовольствия, наблюдая за расследованием.

Не тут-то было! Зрители выключают телевизор со словами «какое занудство!». Дело в том, что трехактная структура тем и хороша, что сюжетные повороты, увеличивающие зрительский интерес, приходятся как раз в тех местах, где зрительский интерес падает. Но если их перетащить в другое место в сценарии, эти сюжетные повороты не достигнут цели.

Пожалуй, стоит добавить, что сценарист, который работает на таком сериале, как правило, пишет весь сценарий: заявку, синопсис, поэпизодник, диалоги, следовательно, он имеет немного больше свободы для творчества, чем при работе в сценарной бригаде телеромана. Но, с другой стороны, если он не придумал хорошую идею серии — у него нет и серии. Поэтому в социальном плане он менее защищен.

Это все, что я хотел рассказать о вертикальном сериале.

На следующем уроке мы поговорим о ситкоме. Я расскажу вам, кто такой усмешнитель, и почему ситком почти всегда становится братской могилой сценаристов.

Задание на этот раз такое: работая над вашей заявкой, вы уже придумали место действия, героев, которые каждый вечер встречаются в этом месте действия. А теперь давайте проверим ваших героев на жизнеспособность.

Какие конфликты могут быть между героями? У каждого героя должна быть возможность вступить в конфликт с любым другим героем. У ваших героев есть такая возможность? Если нет — придумайте ее.

Принцип понятен?

Действуйте.

Данный текст является ознакомительным фрагментом.