Иннокентий Безпалов

Иннокентий Безпалов

Немало славных страниц вписано ленинградцами и петербуржцами в биографию нашего города и страны. Есть в этой летописи и такие эпизоды.

Первые годы Советской власти. Гражданская война. Белые рвутся к Петрограду. Отразить их натиск помогла умелая и быстрая мобилизация автотранспорта.

1930-е годы. В Колтушах, поселке Всеволожского района, создается научно-исследовательский городок – «столица условных рефлексов». Кроме зданий, здесь появляется галерея бронзовых бюстов – И.П. Павлова, И.М. Сеченова, Ч. Дарвина и др. Скульптурные портреты ученых устанавливаются и в саду Всесоюзного института экспериментальной медицины в Ленинграде. Здесь же воздвигается известный памятник Собаке.

Суровая пора блокады Ленинграда. На биостанции Института физиологии имени И.П. Павлова организовано производство витамина С, который вместе с овощами, выращиваемыми здесь, доставляется в осажденный город.

1956 год. На выставке для делегатов XX съезда КПСС в числе других экспонатов демонстрируется изобретенный ленинградцем «кордин» – новый звукоизоляционный материал для междуэтажных перекрытий жилых домов.

Что общего между этими, казалось бы, разрозненными фактами? Однако ко всем перечисленным событиям имел прямое отношение один человек – Иннокентий Федорович Безпалов.

И.Ф. Безпалов за работой над бюстом И.П. Павлова

Родился И.Ф. Безпалов в 1877 году в Красноярском крае, на Натальинском прииске. Восьми лет он потерял мать, а с 15 лет, когда семья разорилась после пожара, стал зарабатывать на жизнь – петь в хоре, давать уроки. Надо отдать должное отцу мальчика: простой крестьянин, он чутко ценил художественные способности сына и делал все, чтобы тот мог учиться.

После окончания реального училища в Томске Иннокентий добрался до Петербурга и в 1898 году поступил на архитектурное отделение Академии художеств. Овладевая знаниями, юноша приобретал и практические навыки – работал помощником известных петербургских зодчих, техником на стройках.

Не остался студент в стороне и от революционного движения. В 1901 году за участие в демонстрации у Казанского собора и других сходках он был сослан на два года в Сибирь под гласный надзор. Здесь, в Красноярске, и началась его творческая деятельность – по собственным проектам включился в постройку народного дома имени А.С. Пушкина и больницы.

Вернувшись в столицу, Безпалов продолжил занятия в академии, не порывая и с практической работой. В 1903 году в Петербурге торжественно отмечали 200-летие основания города. Среди построек, возведенных в юбилейные дни, в Летнем саду можно было видеть и временные выставочные павильоны, спроектированные И.Ф. Безпаловым. Постигая основы архитектуры, он учился также живописи у И.Е. Репина и скульптуре у В.А. Беклемишева, с которым его впоследствии связывали дружеские отношения.

В годы первой русской революции вузы были закрыты, и, таким образом, после двух вынужденных перерывов Безпалов закончил Академию художеств только в 1910 году, имея уже большой опыт проектной и строительной деятельности. Имя молодого архитектора встречается в каталогах выставок, на страницах журналов. Он строил не только в столице, но и на Украине, в Вышнем Волочке, в Твери, в окрестностях Петербурга. Диапазон его интересов в эти годы достаточно широк – церкви в стиле зодчества русского Севера, мосты, промышленные здания, дачи, доходные дома, учебные заведения…

Особенно активной была деятельность И.Ф. Безпалова в районе Шлиссельбурга. Там он возвел клуб, жилые дома, выставочные павильоны и шатровую церковь Петра и Павла (по проекту академика архитектуры В.А. Покровского). Все эти здания (не сохранились) размещались на территории известного в то время порохового завода (ныне здесь – поселок имени Морозова).

В годы Великой Отечественной войны постройки были уничтожены. Поэтому ценным историко-художественным документом можно считать книгу-альбом «Заводы Русского общества для выделки и продажи пороха» (издана в 1910 г.). Вся книга была оформлена И.Ф. Безпаловым. Многочисленные заставки, изображения интерьеров заводских корпусов, пейзажи характеризуют Безпалова как мастера поэтически взволнованного и вместе с тем документально точного рисунка. Это не единственный пример книжной графики зодчего. Еще раньше появились его иллюстрации к рассказам В.Г. Короленко, к книге И.С. Блиоха «Против войны». А в составе репинской мастерской он выставлял диорамы, посвященные основанию Петербурга, живописные портреты, писал декоративные панно.

Одна из интересных архитектурных работ Безпалова тех лет – жилой дом и мастерская скульптора Мариной. Это была небольшая, живописно скомпонованная постройка на Бармалеевой ул., 7, асимметричная в плане, с выразительным силуэтом и пластикой. Автор проявил здесь своеобразное понимание русского национального зодчества. Впоследствии здание было перестроено, однако его основной объем сохранился.

В 1910-е годы Иннокентий Федорович выступил одним из поборников широкого применения недорогих строительных материалов – бетонитовых (пустотелых) камней, придающих фасадам зданий строгий благородный облик. Изделия были весьма экономичными и отличались высокими техническими и эксплуатационными качествами. В городе и за его пределами появилось немало сооружений из нового материала и среди них – выставочный павильон для автомобилей, ремонтные мастерские и другие помещения на углу Каменноостровского проспекта и нынешней улицы Мира. Павильон для автомобилей, на месте которого сейчас возвышается большой жилой корпус, представлял собой одноэтажное строение с повышенной средней частью, окна занимали площадь большую, чем простенки. При его создании зодчий использовал дерево. Гараж, склад и мастерские были каменными.

В предреволюционные годы по проекту Безпалова был сооружен внушительный по размерам дом на Тверской ул., 20, с большим озелененным двором-курдонером. Он строго симметричен, фасады ровно оштукатурены, лишены декора, однако точно найденными пропорциями зодчему удалось добиться впечатления особенной значительности, монументальности. Скругленные углы выступающих частей здания опоясаны балконами. Дом завершает застройку улицы у Смольного. Его образное и объемно-планировочное решение отражало направление поисков, предшествовавших становлению молодой советской архитектуры.

Быть может, самое примечательное произведение И.Ф. Безпалова в дореволюционный период – школа народного искусства, удивительно тактично расположившаяся на набережной канала Грибоедова, 2а, в одном из красивейших уголков Ленинграда. Четырехэтажное, компактное в плане, с развитым мансардным этажом, здание по своему масштабу и образному строю органично связано с окружающей средой, является важным градостроительным элементом в исторически сложившемся ансамбле разновременных построек, частью городского пейзажа. К разработке фасадов Иннокентий Федорович привлек Н.Е. Лансере – одаренного зодчего, художника, исследователя архитектуры.

Здание школы выполнено в стиле «петровского барокко», весьма популярного в те годы. В планировочном решении Безпалов добился создания удобных для занятий, уютных помещений, сочетая их с холлами. Учитывая специфику сооружения, он стремился к хорошей взаимосвязи помещений, их освещенности. Школа готовила мастеров декоративно-прикладного искусства. Позднее здание не раз меняло свое назначение. В те же годы был разработан проект фасада дома № 60 на улице Некрасова.

Безпалов всю жизнь был необычайно увлекающимся, импульсивным человеком, однако сумевшим избежать дилетантизма во всех своих многосторонних занятиях. В любом деле, даже весьма далеком от искусства, он проявлял глубоко профессиональный подход. Так было и в годы Первой мировой войны, когда зодчий совершенно неожиданно для многих заинтересовался прикладной механикой. Он основательно изучил автомобиль и на целых 15 лет почти отошел от активной архитектурной деятельности. В дни Великой Октябрьской революции рабочие поставили Безпалова, в то время уже известного изобретателя деталей машин, во главе автопредприятий Петрограда.

Когда городу угрожали белые, вооруженные танками, И.Ф. Безпалов решил применить в бронеавтомобилях резиновые ленты системы «кегресса». Как отмечалось, их использование «в броневиках с катками вместо колес создает подражание танкам по проходимости через канавы, по бездорожью…». Красногвардейские отряды с помощью этих машин обратили врага в паническое бегство в районе Средней Рогатки, а затем у Детского Села. По числу имеющихся лент Безпалову было поручено выпустить вне очереди и остальные «бронекегрессы». Это и было началом советского автомобилестроения.

Дом пропусков на Литейном проспекте, д. 4

Безпалов продемонстрировал детали машин в Москве, на Всероссийском автомобильном съезде (1919 г.), где был избран его председателем. По его инициативе ряд московских заводов выделяется для нужд обороны. Переезжая в различные пункты Западного фронта, Безпалов налаживал связи между автобазами, организовывал производство запчастей, объединяя сходные конструкции в единые группы, руководил обучением людей, «неизменно, – как отмечали современники, – проявляя выдающуюся энергию, инициативу, знание дела и работоспособность». В конце 1924 года из материалов Ижорского завода были изготовлены первые десять машин в Москве. Безпалов составил схему реконструкции автомобильного производства, занимался организацией структуры заводов, подготовкой кадров. Затем он был снова направлен в Ленинград.

Научно-исследовательский городок в Колтушах

Казалось, новая сфера деятельности захватила его на всю жизнь, но это было не так. В конце 1920-х годов Страна Советов после долгого перерыва снова начинает активно строить. И зодчий Безпалов возвращается к своему любимому делу – к архитектуре. Под его руководством была осуществлена реконструкция завода имени В.В. Воровского. Им было разработано инженерное решение хорошо известного административного здания на Литейном пр., 4, выполнен проект дома пропусков на углу Литейного проспекта и улицы Чайковского.

Творческим подвигом Безпалова, его крупнейшим произведением стал научно-исследовательский городок в Колтушах (ныне – село Павлово Всеволожского района), который был возведен в 1932–1937 годах по инициативе И.П. Павлова. С ним архитектор познакомился давно, еще в дореволюционное время.

За годы совместной работы отношения ученого и зодчего переросли в дружбу, которая связывала их, несмотря на разницу лет, до конца жизни Ивана Петровича. Требовательный к людям, Павлов высоко ценил Иннокентия Федоровича за интеллигентность, широту кругозора, организаторские способности, художественную одаренность. Безпалов, увлеченный кипучей энергией, страстностью натуры, обаянием личности ученого, рисовал его карандашом, углем, выполнил в хорошей реалистической манере живописный портрет с углубленной психологической характеристикой.

И.Ф. Безпалов является подлинным создателем «столицы условных рефлексов». Комплекс разнообразных построек расположился на возвышенности. Генплан был решен зодчим с большим тактом, чувством меры, ощущением пейзажа. Архитектура и природа взаимно обогащают друг друга, как это свойственно лучшим русским садово-парковым ансамблям прошлого.

В строгой архитектуре двухэтажных домов-коттеджей и лабораторий, ни разу не повторяющихся силуэтах зданий, в пластике, основанной на сочетаниях простых объемов, сказался богатый опыт дореволюционного творчества Безпалова и понимание новых задач, связанных со спецификой городка. Разнообразны оконные проемы с мелкой расстекловкой, входы, острохарактерны трубы, чрезвычайно выразительны сложные и в то же время логичные по построению черепичные кровли. Все элементы зданий взаимообусловлены и подчинены единой модульной системе. Продумывая планировку коттеджей, Безпалов отошел от стандартов и создал очень удобные квартиры.

Совершенство пропорций, ясность форм и членений отличают светлое здание лаборатории, единственным «украшением» которой являются надписи на башне и на фронтоне. Одна из надписей – девиз великого русского физиолога: «Наблюдательность и наблюдательность». И.П. Павлову нравилась изящная архитектура зданий, он любил работать на застекленной террасе с балконом. Именно здесь М.В. Нестеров создал знаменитый портрет ученого (ныне находится в Третьяковской галерее).

Все постройки Безпалова в этом городке, включая бани, обезьянник и сушилки для собак, считались в то время образцовыми как в архитектурном, так и в гигиеническом отношении. По замыслу зодчего выполнено также и благоустройство территории, которая превратилась, по существу, в живописный парк.

Здесь же Безпалов работал над скульптурными произведениями. По его проектам и моделям перед зданиями установлены памятники И.М. Сеченову, И.П. Павлову, Ч. Дарвину и другим деятелям науки. Почерк мастера легко узнается в бронзовых бюстах на цилиндрических столбах из красного гранита. Особенно запоминаются вдохновенное, энергичное лицо чешского ученого, создателя учения о наследственности Г. Менделя и острохарактерный облик Р. Декарта, знакомый по известному портрету Ф. Хальса. С тыльной стороны каждого бюста – авторская подпись. Углубленные характеристики ученых позволяют считать Безпалова достойным продолжателем традиций русской портретной скульптуры.

Аналогичную работу Безпалов выполнил и в Ленинграде. В 1935–1936 годах в тихом, уютном саду Всесоюзного института экспериментальной медицины (ныне – ул. Академика Павлова, 12) были установлены памятники Ч. Дарвину, Л. Пастеру, И.М. Сеченову и Д.И. Менделееву. Каждый из них представляет собой бронзовый бюст на четырехгранном пьедестале из красного гранита.

Тут же, перед зданием химической лаборатории, соорудили так называемый «фонтан со змеями», действующий и поныне. Классически ясная архитектурно-скульптурная композиция из бронзы представляет собой чашу на пьедестале, окруженную изображениями змей.

Памятник Д.И. Менделееву

Несколько в стороне от этой группы по инициативе И.П. Павлова установлен необычный монумент – памятник Собаке, символизирующий признание заслуг этого животного перед наукой. На бетонном основании в виде фигурного столба возвышается бронзовая фигура сидящей собаки. На пьедестале – бронзовые барельефы. (В архиве сохранился первоначальный рисунок Безпалова с автографом И.П. Павлова: «Предпочитаю этот проект. Относительно деталей сговоримся с Иннокентием Федоровичем».) На территории сада можно увидеть также поилку для собак, сложенную из гранитных блоков и украшенную барельефными изображениями из бетона. Таким образом, сложилась интересная группа произведений, органично вписавшихся в пространство сада на фоне старинных зданий.

И именно Безпалов после смерти великого ученого создал надгробие на его могиле – строгую архитектурно-скульптурную композицию с портретным барельефом и эмблемой медицины. Здесь же, на Литераторских мостках Волкова кладбища, им был поставлен памятник известному физиологу, сподвижнику Павлова – Е.А. Ганике.

В предвоенные годы Безпалов создал скульптурные портреты Н.Г. Чернышевского, И.А. Фомина, Н. Паганини. За проект памятника В.В. Куйбышеву у Мариинской больницы он получил премию.

Безпалову-ваятелю были органически чужды псевдомонументальность, бутафорская пышность.

В 1940-х годах Иннокентий Федорович, работая главным архитектором Института физиологии имени И.П. Павлова Академии наук СССР, завершает строительство биостанции. В годы Великой Отечественной войны зодчий постоянно жил в Колтушах, занимая пост заместителя директора института. Несмотря на возраст и болезнь сердца, Безпалов самоотверженно трудился. Он открыл на территории биостанции госпиталь, организовал производство витамина С. Овощи, выращиваемые здесь, отправлялись в осажденный город. Жители Колтушей, сотрудники биостанции работали на строительстве оборонительных рубежей. Все имущество научного городка, все животные были сохранены полностью. Безпалов был награжден медалями «За оборону Ленинграда» и «За доблестный труд в Великой Отечественной войне».

В 1952 году, уже в преклонном возрасте, Иннокентий Федорович Безпалов поступил на работу в Ленинградский филиал Академии архитектуры и строительства. В этот период он особенно проявил себя как изобретатель. Многие его предложения были внедрены. Они представляются даже несколько неожиданными по своей разносторонности. Если до революции Безпалова интересовали главным образом огнестойкие деревянные конструкции, то впоследствии диапазон разрабатываемых новшеств расширился. Здесь и гидроизоляционные, и звукоизоляционные материалы, каркасно-бетонитовая система возведения небольших построек, детали для автомобилей, вагон-самокат, шкаф-кровать, самоходная полотерная машина… В целом он предложил десятки новшеств, сделанных, по его словам, «не ради самого изобретательства», а для усовершенствования технологических процессов и оборудования.

В Академии архитектуры Безпалов разработал новый звукоизоляционный материал «кордин» – из отходов корда, применяемого для армирования автомобильных покрышек. В качестве упругого основания под полы он был использован при строительстве жилых домов на улице Савушкина. Материал демонстрировался на выставке в Москве, получил высокую оценку, в том числе и за рубежом. На основе этого изобретения его автор выполнил и успешно защитил диссертацию на звание кандидата технических наук.

И.Ф. Безпалов скончался в 1958 году. Это был старейший зодчий Ленинграда, великий труженик, одержимый новыми идеями. Скромность, отличавшая этого человека, не должна быть причиной его забвения. Многогранная деятельность, необычная судьба и подвижнический труд Иннокентия Федоровича дают основание поставить его в ряд лучших представителей отечественной культуры. Очевидно, следует увековечить память о нем – установить мемориальные доски на фасаде дома № 26 на Моховой улице, где он жил, и на одном из зданий биостанции в Павлове.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >